Интервью Андрея Цыганова ТАСС

03 декабря 2020, 12:08
2491 img 1564
Пандемия коронавируса способствовала более активному сотрудничеству конкурентных ведомств по всему миру для обмена лучшими практиками в борьбе с нарушениями антимонопольного законодательства. Участившиеся случаи злоупотребления доминирующим положением и заключения картельных соглашений на рынке фармацевтики подтолкнули антимонопольные ведомства к проведению новых исследований на глобальных социально значимых рынках.
 
Заместитель главы Федеральной антимонопольной службы (ФАС России) Андрей Цыганов рассказал в интервью ТАСС, как ФАС использует международный опыт для совершенствования антимонопольного законодательства в России, о новых исследованиях на глобальном фармацевтическом и цифровом рынках, а также о планах по постепенному сближению внутренних тарифов на связь в рамках Евразийского экономического союза
 
— Андрей Геннадьевич, первый вопрос будет касаться актуальной сейчас темы фармацевтических рынков. Пандемия сильно повлияла на фармрынок не только России, но и других стран. Какие структурные проблемы в этот период выявили антимонопольные органы на рынке лекарств стран БРИКС?
 
— Да, действительно, получается так, что 2020 год, к сожалению, проходит под знаком коронавирусной инфекции и борьбы с болезнями. Конечно, повсеместное распространение COVID-19 затронуло, по сути дела, все без исключения отрасли мировой экономики, это совпадало и сопровождалось такими разными, противоречивыми и не всегда положительными проявлениями динамики на рынках.
Получилось так (это показывает наша собственная статистика), что в текущих условиях в этом году количество антиконкурентных практик, количество случаев злоупотребления доминирующим положением, заключения картельных соглашений, некого спекулятивного поведения и фармацевтических компаний, и тех компаний, которые занимаются торговлей лекарственными средствами и медицинской продукцией, увеличилось.
 
Например, наше картельное управление проанализировало статистику и оказалось, что в первом полугодии 2020 года по сравнению с первым полугодием 2019 года количество дел, которые на фармацевтических рынках возбуждаются по картелям, увеличилось, может, и незначительно — на 8–9%, но рост есть. И наибольшее количество нарушений связано как раз с недобросовестным поведением на рынке дезинфекторов, средств индивидуальной защиты.
 
Еще одна категория дел, с которыми в этом году приходится нам очень часто сталкиваться, — это факты недобросовестной конкуренции, факты рекламы, которая вводит в заблуждение относительно чудодейственных свойств тех или иных препаратов. Вы помните историю, которая была у нас с имбирем и лимонами в начале 2020 года, сейчас прицел немножко сдвинулся, сейчас речь идет о том, что у нас есть медицинские препараты, которые вылечат все болезни и полностью защитят вас от любой вирусной инфекции, включая COVID-19.
 
Мы, естественно, в этих случаях реагируем, у нас есть и методы жесткого воздействия на нарушителей — возбуждение дел и принятие решений по этим делам. Но в 2020 году, учитывая в том числе и тяжелое положение самих компаний, которые действуют на рынке, мы все шире используем механизмы мягкого права — предупреждения и предостережения. И кстати, это помогает очень быстро, особенно в тех случаях, которые не приводят к серьезному отрицательному эффекту, и это хорошая тенденция, она показывает, что в основном наши предприниматели добросовестные.
Еще одна тенденция, которая начала проявляться несколько лет назад, — это процесс слияний и поглощений на фармацевтическом рынке. Например, по данным международных экспертов, в 2019 году общий объем инвестиций в слияния и поглощения в медико-биологической отрасли составил более $350 млрд. Произошли и происходят сейчас очень крупные слияния компаний, которые и без того являются крупными и стремятся еще более усилить свое положение на рынке, что, конечно же, создает риск нарушения правил конкуренции, риск злоупотреблений и риск сговоров компаний, риск установления необоснованно высоких цен — с одной стороны. А с другой стороны, мы сталкиваемся с проявлениями такой тенденции, как хищнические поглощения — killer acquisitions, как они называются у наших коллег за рубежом, когда приобретение компании делается для того, чтобы не пустить ее на рынок как самостоятельного игрока: будь то патентные пулы или просто приобретение тех результатов интеллектуального труда, научных исследований, которые проводились более мелкими игроками рынка.
 
Затрагивая международную тематику, не можем не отметить, что мы с нашими коллегами по Евразийскому экономическому союзу и по объединению БРИКС сотрудничаем очень активно и в части политических мер, связанных с тем, как должна развиваться конкуренция, какое место должно занимать антимонопольное правоприменение в борьбе с COVID-19, и при рассмотрении конкретных дел. В частности, при рассмотрении крупных сделок экономической концентрации в этом году мы взаимодействовали с нашими партнерами, причем не только из ближайших дружественных стран, но и из других развитых антимонопольных юрисдикций.
 
Первый этап мы, к счастью, уже прошли — начало проблем с коронавирусной инфекцией, когда произошел очевидный провал рынка, когда не было физического объема тех товаров, которые стали очень востребованными и которые были необходимы для профилактики инфекции или борьбы с ней: не хватало масок, не хватало дезинфекторов, медицинского оборудования, систем искусственной вентиляции легких.
 
Этот этап и в России, и практически во всех странах мира удалось преодолеть, переориентировать многие предприятия на производство тех товаров, которые необходимы в этих непростых условиях, произошло насыщение рынка за счет серьезной государственной поддержки.
 
Посмотрите, что было с продуктами питания в весенние месяцы, какая была ситуация с теми же защитными масками. Сейчас таких проблем нет, с помощью государства рынок выправился, и те потребности, которые есть у потребителей, сейчас в целом удается удовлетворить.
 
Но нас ждет еще один очень важный этап — этап выхода из кризиса, этап восстановления экономики, и мы очень хотим, чтобы это восстановление происходило на рыночных условиях, чтобы никто не забывал, что конкуренция необходима, и именно она является двигателем инноваций и прогресса.
 
Не могу не отметить, что в июне этого года лидеры конкурентных ведомств стран БРИКС провели очередное ежегодное совещание, и одним из результатов совещания было совместное заявление по координации усилий в борьбе с негативными последствиями распространения коронавирусной инфекции. Основным выводом является то, что необходимо тесное взаимодействие конкурентных ведомств с целью принятия своевременных мер антимонопольного реагирования на экономические последствия, к которым приводит коронавирусная инфекция. И самое важное, чтобы выход из этого кризиса был наиболее плавным и безболезненным для основных участников рынка.
 
— В числе планов рабочей группы БРИКС по исследованию проблем конкуренции на фармацевтических рынках было проведение исследования по вопросам конкуренции на глобальных фармрынках. Какие вопросы будут в фокусе конкурентных ведомств?
 
— Это исследование будет проводить наш Международный центр конкурентного права и политики БРИКС, который официально создан и получил поддержку правительства Российской Федерации. Он даже бюджетные средства может получить, чтобы более эффективно помогать регуляторам в изучении проблем, которые есть на различных социально значимых рынках.
 
Мы договорились на координационном комитете конкурентных ведомств БРИКС, что это исследование будет проводиться по нескольким ключевым направлениям. Первое — это структурные аспекты глобального фармацевтического рынка: как он устроен, какие там основные игроки, какова политика этих игроков, включая внимательное изучение тенденций, которые происходят в сфере экономической концентрации, то есть тех самых крупных сделок. Это необходимо для того, чтобы в том числе понять, насколько велико должно быть вмешательство конкурентных ведомств в эти сделки, как мы можем исключить негативные последствия, связанные с ростом концентрации на рынке и с созданием огромных компаний, которые способны диктовать свою волю всем нам, потребителям, в глобальном масштабе.
 
Еще одна важная тема — это доступ новых лекарственных препаратов на рынок, это дженерики, это другие доступные лекарства, включая разные аспекты, связанные с конкуренцией, аспекты прав интеллектуальной собственности. Это важная тема в сфере фармацевтики, потому что очень много завязано именно на права и результаты интеллектуальной деятельности: и при определении политики компании, и при определении государственной политики, и при ценообразовании. И естественно, тема ценообразования на лекарственные препараты, участия государства в ценообразовании также будет одним из приоритетов исследования.
 
Что самое важное — это исследование предполагается провести достаточно быстро, потому что осенью 2021 года на очередной, уже седьмой конференции по конкуренции под эгидой БРИКС в КНР предполагается обсудить его первые результаты. Будет не только заседание рабочей группы по фармацевтике, мы хотим также эти результаты на пленарное заседание вынести.
 
— В рамках БРИКС действует также рабочая группа по продовольственным и цифровым рынкам. Какая деятельность ведется антимонопольными органами в этой части?
 
— Еще в 2016 году был подготовлен научный доклад, который по полочкам раскладывал современную ситуацию на агротехнологических рынках и то, как эти рынки будут развиваться в ближайшее десятилетие. Мы будем продолжать эту работу. На встрече глав конкурентных ведомств стран БРИКС летом этого года было принято решение, что будет сделан новый доклад о ситуации на продовольственных рынках. Мы сосредоточимся сейчас прежде всего на даунстриме, посмотрим, как работают рынки переработки сельхозпродукции, как работает мировой рынок дистрибуции, где действуют такие же крупные игроки, как на рынке агротехнологий, крупные трейдеры, которые обладают колоссальной рыночной силой.
 
Причем они, как правило, являются многопрофильными и могут перекрестно субсидировать свои потери где-нибудь в торговле медью, чтобы развивать ее за счет торговли хлопком. Этот доклад будет посвящен рынкам, которые мы чувствуем каждый день, заходя в магазин и глядя на то, что лежит на полках.
И [нужно понять], действительно ли работают глобальные рынки или мы замыкаемся внутри своего региона и только своей экономики. Задача по подготовке этого доклада связана с задачей, которую поставил перед нами президент России: увеличить экспорт сельскохозяйственной продукции. Понятно, что поставлять эту продукцию на мировой рынок, не изучив, как он работает, не изучив, что нас ждет на этом рынке, с какими партнерами и конкурентами нам придется столкнуться, это значит по крайней мере потерять в эффективности. Это недопустимо.
 
По теме "цифры" работа тоже не стоит на месте, мы продолжаем исследования, и самые главные вопросы, которые мы хотим дальше изучать, — это цифровые платформы и цифровые экосистемы. Особенно экосистемы, которые стали носить глобальный, всеохватывающий, многоотраслевой характер. Речь ведь идет уже не о многосторонних рынках, а о супермногосторонних рынках, объединенных в единую экосистему. Это существенно меняет поведение компаний, отношение потребителей к тем продуктам, которые могут эти экосистемы представить. Ну и отношение государства, насколько нужно регулировать эти новые механизмы экономической деятельности.
 
— Как будут использоваться ФАС эти исследования и в целом международный опыт для совершенствования антимонопольного законодательства в России?
 
— Мы занимаемся "цифрой" в рамках БРИКС, мы занимаемся совершенствованием законодательства с учетом "цифры" в рамках нашей работы. Я имею в виду наш Пятый антимонопольный пакет, который мы долго-долго продвигаем. Мы надеемся, что он все-таки будет в ближайшее время принят, потому что существенная часть этого пакета — это как раз наш ответ на те изменения в экономике, которые произошли, которых еще даже пять лет назад не было, когда мы Четвертый антимонопольный пакет принимали. Они назрели, они актуальны. Мы надеемся, что в ближайшее время сможем убедить наших оппонентов и еще раз подтвердить, что мы на правильном пути и делаем все, чтобы защитить нашу экономику от произвола уже новых, гораздо более умных монополий.
 
— А кто ваши оппоненты?
 
— Вы же знаете дискуссию, которая идет по Пятому пакету. Это все, кто занимается "цифрой", например. Понятно совершенно, что никакой рынок не хочет, чтобы его регулировали, особенно новый. Я понимаю, что на нем должны использоваться более совершенные методы регулирования, но мы как раз эти новые и более совершенные методы предлагаем.
 
— Когда ФАС планирует завершить эту дискуссию?
 
— Это зависит не только от нас, это зависит прежде всего от наших оппонентов. Но мы идем шаг за шагом, мы же привыкли к игре вдолгую. Мы понимаем, что некоторые из тех проектов, что мы запускаем, увенчиваются успехом, это практически неизбежно, через пять лет, через семь лет, а то и через десять лет. Нас это совершенно не пугает. Вода камень точит. Плохо, если это будет поздно. Плохо, если мы пройдем точку невозврата, после которой ту олигополистическую ситуацию, которая складывается на некоторых рынках, не только на цифровых, нельзя будет вернуть вспять и вернуться к нормальной, живой конкуренции. И нельзя будет сделать так, что человек, который хочет заняться бизнесом, мог им заняться самостоятельно, а не попал сразу под крышу более крупных компаний, без которых он шагу сделать не сможет.
 
— Новый глава ФАС поддерживает вас в этом стремлении закончить работу над Пятым пакетом?
 
— Мы стараемся его убедить, что мы на правильном пути.
 
— С 1 ноября началось снижение стоимости тарифов с Белоруссией в рамках отмены роуминга. Как прошло снижение стоимости тарифов? Были ли какие-то нарушения?
 
— Нарушений мы никаких не выявили, так же, как и наши белорусские коллеги. Мы считаем, что это еще один важный, длинный проект. Проект, который состоит из нескольких этапов. На первом этапе мы снизили тарифы, то есть отменили роуминг в России. Сейчас из любой точки нашей страны можно позвонить в любую другую по домашнему тарифу. Поняв, что здесь можно добиться успеха, мы начали такой же проект с нашими белорусскими коллегами. И еще три года назад была подготовлена дорожная карта по реализации решения Высшего государственного совета Союзного государства по отмене роуминга на территории России и Белоруссии.
И вот сейчас мы перешли к практическому этапу реализации этого проекта, сейчас сделан только первый шаг. В 2021 году будут формироваться механизмы взаимодействия между операторами, налаживаться и уточняться технические вопросы пропуска трафика, цены за этот пропуск трафика. Но опыт России показывает, что здесь можно найти взаимоприемлемые экономически выгодные решения и не допустить падения ни объема трафика, ни доходов компаний при изменении схем тарификации. Ну а следующий шаг — это шаг по постепенной отмене роуминга и по постепенному сближению внутренних тарифов и международных тарифов в рамках Евразийского экономического союза. Такой проект тоже сейчас существует, он разрабатывается. И я надеюсь, что в ближайшие если не месяцы, то годы практические шаги по его реализации уже будут сделаны. Это конкретное предложение, которое сейчас уже обсуждается на уровне взаимодействия между пятью нашими странами.
 
— По поводу отмены роуминга между Россией и Белоруссией также была информация, что основные параметры для отмены роуминга между странами будут определены до 1 октября. Сейчас ситуация изменилась. Как продвигаются эти переговоры? Можно ли уже назвать конкретную дату?
 
— Хочу сказать, что в качестве одной из реперных точек мы ставим декабрь этого года, потому что до декабря этого года проходит в тестовом режиме проверка механизмов взаимодействия между операторами. Без него нельзя ни одну техническую систему внедрить, потому что во многом это сложная техническая задача взаимоувязывания систем связи, систем обмена информацией между несколькими сетями. И вот эту техническую задачу нужно решить. Если мы ее решим плохо, если мы погонимся за какими-то сроками, у нас может что-то не получиться. Давайте мы будем придерживаться современных подходов к управлению экономикой и не ставить перед собой красные даты календаря, а делать все серьезно, фундаментально и с той скоростью, с которой это реально можно осуществить.
 
— Вы упомянули так называемые убийственные сделки слияний-поглощений. Какие глобальные сделки были рассмотрены в 2020 году ФАС совместно с зарубежными коллегами? Были ли среди них так называемые убийственные сделки слияний и поглощений?
 
— Получается, что таких сделок, которые прямо взяли бы и "убили" конкурентов, не было. Но, как показывает наш многолетний опыт, те сделки экономической концентрации, которые происходят сейчас, крупные сделки, неизбежно тормозят в определенной мере инновационные процессы. Почему? Потому что одной из целей таких сделок является, например, приобретение стартапов. Человек вышел на рынок, бодрый, веселый, говорит: я предложу это. Крупные компании, которые на этом рынке уже закрепились, видят в таком поведении своего конкурента определенную, пусть маленькую, но угрозу для них. Поэтому они его покупают, а потом уже сами решают, продвигать этот товар на рынок или положить его на полочку, чтобы эти патенты, результаты интеллектуальной деятельности лежали и так и не были востребованы потребителями.
Это серьезная проблема, с которой на этом этапе в рамках четвертой промышленной революции сталкиваются конкурентные ведомства. Поэтому здесь надо очень внимательно и аккуратно подходить к балансу тех эффектов, которые дает концентрация ресурсов и крупные инновации, в том числе крупные инвестиции в инновации, и сохранение свободы конкуренции и свободы интеллектуального труда малых предпринимателей и индивидуальных изобретателей. Это очень важная история.
 
Что касается крупных сделок, тут много примеров: Alstom-Bombardier, AFF-Dupont, несостоявшаяся в прошлом году Siemens-Alstom, состоявшаяся несколько лет назад Bayer-Monsanto — это сделки, которые требовали очень интенсивной кооперации между нами, очень интенсивной кооперации внутри страны, с другими стейкхолдерами, и с государственными органами, и с участниками рынка, потому что только в этом случае можно принять правильное решение.
 
— Как пандемия повлияла на количество ходатайств по сделкам слияния-поглощения с иностранными инвесторами в России? Наблюдаете ли снижение числа сделок?
 
— Нет, вы знаете, не наблюдается. Мы, конечно, не следим за всеми сделками иностранных инвесторов, потому что только часть из них, самые крупные проходят через Федеральную антимонопольную службу. Но на самом деле наша статистика говорит, что какого-то серьезного снижения здесь не наблюдается. Как рассматривала правительственная комиссия по иностранным инвестициям сделки иностранных инвесторов, так и рассматривает. Мы очень надеемся, что до конца этого года будет проведено очередное заседание правительственной комиссии. И на это заседание выносится около десятка новых сделок. Причем это сделки нормальных иностранных инвесторов, которые действительно хотят привнести в российскую экономику и новые инвестиции, и новые знания, и новые технологии.
 
— Вы можете назвать какие-то из них?
 
— Пока нет.
 
— Ранее сообщалось, что ФАС будет добиваться двусторонней реституции по покупке "АГД Даймондс" у "Лукойла" и сейчас идет проработка мирового соглашения. На какие условия мирового соглашения рассчитывает ФАС?
 
— Мы сейчас придерживаемся той политики, что мы хотим заключить мировое, потому что, когда эта ситуация подвешена достаточно долго, это плохо для рынков, это плохо для компаний, которые участвуют в этом процессе, — и с экономической точки зрения, и с репутационной никому это не нужно, и никому это не интересно. Говорить сейчас об условиях этого мирового соглашения, пока стороны между собой не договорились, включая всех участников этого процесса, а этих участников несколько, наверное, еще рано. До чего стороны договорятся, то мы и рассмотрим как сторона, которая заинтересована в правильном завершении этого спора, и тогда будем уже идти в суд и предлагать свою позицию. Но эта позиция должна быть сначала согласована всеми сторонами. Мировое соглашение на то и мировое соглашение, что под ним подписываются все.
 
Беседовала Анастасия Бойко.
 
Ссылка на первоисточник.
Наверх
ВойдитеилиЗарегистрируйтесь